Close

Полстяно-ковровый или шерстобитный промысел

К более распространенным изделиям этого рода принадлежат следующие предметы: покрывная полсть или «кошма», полстяные ковры, — крашенные и не крашеные — сшивные (арлекины) и не сшивные, к которым относятся и «намазлыки» и конские «потники», составляющие принадлежность туземного седла. Покровные полсти или «кошмы» употребляются преимущественно русским населением из казаков и крестьян и степными кочевниками. У первых — они имеют общеизвестное употребление, для предохранения от дождя и сырости во время перевозки на возах продуктов сельского хозяйства или товаров; кроме того, дома и в поле они служат нередко подстилкой. У кочевников, помимо прочего употребления, они составляют также как бы часть строительного материала для их подвижных жилищ «кибиток», «юрт» или шатров. Ими они обтягивают весь легкий остов своих жилищ, сверху и с боков. Сообразно такому назначению — «кошмы» делаются кочевниками редко уже 2½ аршин и короче 4-5. Войлочные ковры всех родов распространены преимущественно у горных племен Кавказа, составляя неизбежную принадлежность каждого дома: они постилаются на кровати, на сидения, на пол, вешаются на стенах сакли (дома). Кроме того, у многих племен подобные коврики подстилаются под ноги при совершении священного обряда магометанина, — намаза («намазлык»). Чем богаче туземец, тем больше он должен иметь подобных войлочных ковров и они возвышаются часто целыми грудами, уложенные один на другой в его «кунацкой» (помещении для приема гостей).
В приданое каждой невесты непременно входит несколько подобных ковров. Вследствие такого разностороннего назначения, ковры делаются обыкновенно тоньше, уже и короче «кошмы», но отличаются большим изяществом, красятся яркими цветами сплошь или узорами, или же разноцветные куски войлока вырезаются в причудливые формы и сшиваются узорами. Отделка таких ковров требует большего искусства и вкуса, нежели покрывные полсти.
Материалом для «кошмы» (покровной полсти) служит шерсть овцы, по преимуществу, но к ней подмешивается также и волос коровий, или даже шерсть верблюда тогда как для войлочных ковров горных племен, за ничтожным исключением, идет одна шерсть овцы. Шерсть, употребляемая дли всех войлочных изделий, вообще грубее, чем для бурки, сукна и т. д. В ней допускается много примеси «косицы» и грубой шерсти, так что материалом может служить в этом случае и шерсть грубых плоскостных пород овцы, и худшие сорта горской шерсти.
Вообще это производство у горских племен Кавказа идет во многих случаях вместе с бурочным, суконным, ковровым и подобными промыслами, утилизируя шерстяный «брак» и часть отброса.
«Потники» и «подметки», употребляемые здесь под каждое седло, — делаются гораздо меньше, тоньше и уже войлочных ковров, причем им придают такую форму, чтобы — будучи сложенными — они имели форму трапеции, которая узкой стороной кладется к шее, а широкой и закругленной — к крупу лошади.
Производство полстяно-ковровых изделий носит преимущественно характер кустарного промысла. Если в казачьих станицах и Ставропольской губернии и встречаются посторонние захожие крестьяне из Курской, Рязанской, Пензенской и других губерний России, занимающихся полстовальными или шерстобитными промыслами, то это имеет не столько характер ремесла, сколько отхожего кустарства: они работают не только на заказ, но преимущественно для продажи на ярмарках; в летнее же время обыкновенно занимаются земледелием (хотя и не на своих землях); кроме того, они всегда или приписаны к земле (к обществу в России), или высматривают землю здесь для будущей земледельческой оседлости. У туземцев заняты этим производством исключительно женщины, а у русских — мужчины.
Полстяным и полстяно-ковровым промыслами занимаются лезгины (дагестанцы), кумыки, чеченцы, ногайцы, калмыки, туркмены, едишкульцы, карачаевцы, адигейское племя, (кабардинцы и др.) и отчасти русские крестьяне. Не занимаются им русские казаки, осетины, ингуши, армяне и альпийские чеченцы. Среди не занимающихся промыслом племен встречаются единичные мастерицы; но они готовят свои изделия большей частью по просьбе, — на заказ; бывает также иногда, что хозяйка дома сделает 1-2 штуки для своей семьи в 2-3 года раз, но во всяком случае они не выносят своих изделий на рынок.
Местности распространения полстяно-ковровых войлочных изделий следующие: Дагестанская область в ее горных и предгорных округах (Темир-хан-Шуринский), Кумыкская плоскость (Хасав-Юртовского округа) «большая Чечня» Грозненского округа Терской области; караногайские, едишкульские, туркменские и другие степи в Терской области и Ставропольской губернии. Затем, в гораздо меньшей степени занимаются ими в предгорной местности Кабарды, Пятигорского округа Терской области и по предгорной части Кубанской области, у туземных горских племен ее и по степям закубанским, на русских землях.
Отдельные районы промысла отличаются до некоторой степени характером своих произведений и количеством выделываемого товара, распространенного между населением. Таковы районы: Дагестанский, Кумыко-Чеченский, Кабардинский и степной.
Дагестанский район, — центр коего лежит в Темир-хан-Шуринском округе, распространяясь на юг в Даргинский и частью в Табасаранский округ, а с востока — ограниченный морем; на западе вдается в Аварский и частью в Андийский округа той же области, незаметно сливаясь с Кумыкской плоскостью Хасав-юртовского округа и на севере — переходит в область более слабого распространения полстяного (кошмянного) промысла Хасав-юртовских ногайцев — в низовьях Терека.
Кумыкско-Чеченский район лежит в двух округах Терской области: в Хасав-юртовском и в Грозненском, — центром его должно признать слоб. Хасав-юрт и Аксай. С севера он ограничен р. Тереком и степями, с юга горами «малой» Чечни (Веденского и Аргунского округов) с юго-запада и запада Владикавказским округом, населенными ингушами, осетинами и казаками. К западу от только очерченной местности, после незначительного перерыва мертвым пространством — в Пятигорском округе Терской области, тот же промысел снова проявляется у кабардинцев, хотя значительно слабее первых двух районов.
Кабардинский район идет по стопам бурочного промысла Кабарды. Ограничиваясь с севера р. Подкумком, с запада — альпийской частью Пятигорского округа, он распространяется затем на северо-запад за границы Терской области, следуя в Кубанскую, — за туземным населением карачаевцев, адигейцев, абазин и т. д. (в уезды Баталпашинский, Майкопский и Екатеринодарский).
Все описанные три района полстяно-ковровых изделий тянутся по предгорьям северного Кавказа, поднимаясь высоко в горы только в Дагестане и отчасти совпадают с бурочным районом, отступая, однако, от него в Кумыкскую плоскость и в низовые округа Дагестана.
Собственно же полстяные или кошмянные изделия принадлежат четвертому району, который расположен в степях Терской, Кубанской областей и Ставропольской губернии. Он тянется в длину и ширину значительно далее первых и на севере уходит в Россию, за пределы административных границ северного Кавказа, а с юга ограничен берегами pp. Терека и Кубани, обращенными к степям.
Главным центром этого района надо признать северо-восточную и восточную часть Ставропольской губернии и Терской области, степи караногайские и других наименований, заселенные кочевниками; к западу он, так сказать, постепенно редеет; и в степях Кубанской и Терской областей, населенных казаками, прекращается.
Приготовление всех родов полстяных изделий распадается на два главных процесса: на подготовку шерсти и уваливание ее; кроме того, в ковровом промысле горных племен к этому прибавляется еще окраска полстей и отделка их бахромой.
Подготовка шерсти отличается от того же процесса в бурочном производстве тем, что косицу здесь не отделяют от подшерстка, оставляя их вместе в той же пропорции, в какой они находятся в руне, или добавляют даже косицы, которая остается иногда при производстве сукон и т. п. Далее: шерсть не обрабатывается так тщательно, как для бурок. Для кошмы, например, шерсть не чешется на гребне, а только разбирается руками, чтобы отделить свалявшиеся комья шерсти и посторонние примеси; затем прямо шерсть перебивается лучком. Также поступают с весенней шерстью, которая менее бывает сбита в комья. Ручную очистку, как у русских, так и туземцев производят женщины и дети, а остальные работы, т. е. разбивка и уваливание у русских делается мужчинами; при этом разбивание («шерстобитие») производит иногда одно лицо, а уваливание — другое. Таким образом, шерсть переходит через трое рук.
У туземцев все описанное производится одним и тем же лицом — женщиной. В их полстяно-ковровом промысле и шерсть нежнее, и очищается, и взрыхляется она тщательнее; они обыкновенно расчесывают ее на гребне и моют в простой или в щелочной воде. Потому горские произведения этого рода отличаются большей чистотой, легкостью и мягкостью, по сравнению с произведениями кочевников и русских. Подготовка шерсти у всех вообще производителей делается обыкновенно зимой, а уваливание осенью и весной, в более теплое время, когда это позволяет досуг от земледельческих и домашних работ. Орудия подготовки шерсти те же, что и в бурочном производстве.
Подготовленная и взбитая шерсть ровным слоем настилается на камышовую или чаканную циновку, разложенную на земле (у кочевников это делается под открытым небом), и слегка взбрызгивается горячей водой. Один, два или пять работников и работниц, смотря по ширине полсти или ковра, садятся вокруг и ладонями похлопывают во всему слою шерсти, для того, чтобы она несколько слеглась; этим же достигается и равномерная толщина настланного слоя. Затем, все став вряд на колена, скатывают весь слой шерсти вместе с циновкою в трубку спирально, и дружно, в такт, начинают прокатывать ее от себя, налегая на нее руками от конца пальцев до локтя и надавливая всей тяжестью корпуса. Через 5-10 минут такой работы трубку развертывают и, если нужно, взбрызгивают еще раз теплой водой, свертывают с другого конца тоже вместе с циновкой, и укатывают снова. Это продолжается до тех пор, пока слой шерсти не уплотнится настолько, что при сворачивании и разворачивании циновки уже не разлезается. Тогда циновку отбрасывают и свертывают полсть такой же спиралью уже без циновки. При дальнейшем уваливании слой шерсти все больше «садится» и к концу работы уменьшается до 1/6 — 1/8 первоначальной толщины.
Все полстяно-кошмянное производство и ограничивается описанными работами. Из изделий такого рода особенно славятся ногайские, которые предпочитаются туркменским, калмыцким и даже русским. Шерсть на калмыцкие полсти не особенно тщательно перебирается и уваливается и потому полсти скоро разлезаются; русские же изделия почти всегда бывают с значительною примесью «кислой» шерсти (из кожевенных отбросов) и земли для «весу» и тоже скорее изнашиваются, чем ногайские.
Полстяно-ковровые изделия горцев окрашиваются и обшиваются еще бахромой. Прием окраски бывает обыкновенно один и тот же: сначала намачивают войлок в квасцах, а затем опускают его в горячий раствор краски, для чего употребляются те же котлы и те же приемы, что и в бурочном производстве. Краски бывают очень разнообразны, но всегда предпочитаются наиболее яркие.
Кочевники никогда не окрашивают свои шерстяные изделия, они всегда натуральных цветов, черные, белые, серые; намазлыки их всегда по краям обшиты белым шерстяным шнурком.
О свойстве местных красок будет сказано ниже, в отделе «красок». Смотря по цели и желаемой яркости, изделие опускается несколько раз в краску и держится более или менее продолжительное время в котле. Затем оно вывешивается на солнце или на ветру и сушится. Так как узорчатая окраска требует большего искусства, то у туземных племен в Дагестанском, Кумыкском и Чеченском районах принято делать сшивные войлочные ковры, — так называемые «арлекины». Для арлекинов валяют сначала тонкие полстки, окрашивают их в разные цвета и из них уже вырезают по узору части ковра. Куски сшиваются с изнанки, а с лица швы закрываются шнурком.
В районе полстяно-кошмянных изделий, — русские производители валяют продажные полсти из шерсти покупной, причем платят за белую (валахскую) по 6 р. 50 к., а караногайскую и вообще серую или рыжую степной овцы по 5 р. за пуд. (На рубль от 4 до 6 рун), или же зарабатывают шерсть, принимая заказы за «часть» шерсти.
Степные кочевники валяют полсти преимущественно из шерсти своих овец и только самые бедные ее покупают или работают русским казакам и крестьянам за «выговорное», причем получают, глядя по занятию хозяина, различные продукты: хлеб, сало, кирпичный чай или шерсть.
На большую покрывную полсть в 6 аршин длины и 2½ ширины требуется до 1½ пуда немытой шерсти, т. е. на 8 р. 25 к.; на подготовку этого количества шерсти нужно 2½ рабочих дня, на уваливание (3-4 женщины 1 день) — 3½ дня; продажная цена подобной полсти — 10-12 р. Если вычесть стоимость шерсти из продажной цены, то получится 2 р. 75 к., которые и будут, рабочей платой за 6 рабочих дней, что составит по 46 к. за день. Русские отхожие шерстобиты и полстовалы берутся сделать целую полсть за 1 р., выговаривая себе однако но все время работы — хлеб и дрова, и требуя в то же время па полсть в 3¼ аршина длины и 2¼ ширины, — 20 фунтов чистой шерсти. Лучок у них заправлен между двумя досками и поэтому рука, которая при туземном способе держит лучок, остается свободной; поэтому подготовка шерсти делается русским шерстобитом гораздо быстрее, нежели туземными женщинами, хотя продукт их работы по качеству и ценности ниже ногайского. Надо при этом принять во внимание, что женщина-туземка не может постоянно заниматься своим промыслом — так как летом она работает в поле (жнет и молотит). Поэтому в год одна туземная семья может приготовить лишь 8 полстей. Кроме покровных полстей женщины изготовляют еще до 5 намазлыков в год, размером в 2½ аршина длины и 1½ аршина ширины, на которые идет но 8½ фунтов шерсти чистой и три дня сплошной работы. При продажной цене за штуку по 2 р. 50 к., на семью в год валового дохода приходится 100 р. 50 к.; а за вычетом стоимости материала (71 р. 50 к.) — 29 р., которые и служат рабочей платой за 63 рабочих дня, затраченных на изготовление 8 полстей и 5 намазлыков. У степняков-кочевников в каждой семье занимались бы валянием полстей, если бы не три слишком многоснежные зимы, посетившие степи за последние годы и много повредившие овцеводству; вследствие этого только 6-я и 10-я семьи занимаются полстями в вышеприведенном размере.
Относительно русских полстовалов г. Бентковский (секретарь Ставропольского статистического комитета и автор брошюры «Кустарный промысел Ставропольской губернии») исчисляет их годовой заработок в 71 р. Судя по тому, что они на харчах, на материале и на дровах хозяина берут по 1 р. за изготовление полсти в 20 фунтов, занимаясь около полугода выделкой овчин, надо признать, что русский полстовал в среднем должен изготовить в год не менее 35 штук кошмы.
В каждой из более людных станиц и селений есть по одному семейству пришлых полстовалов. По показаниям крестьян-кустарей, и в Ставропольской губернии — в каждом самостоятельном поселке, где насчитывается не менее 300 дворов, найдется также по одной семье захожих полстовалов.
В Кумыкско-Чеченском районе, где по сравнению с степными кочевниками население зажиточнее и промышленнее, половина шерсти прикупается от альпийских чеченцев и ингушей и почти каждая семья готовит полстяные ковры и т. п. на свое домашнее употребление, а около восьмой части семей готовит их и на продажу, снабжая изделиями альпийскую Чечню, ингушей, осетин и казаков. Такие семьи все свободное от земледельческих и домашних работ время посвящают на переработку шерсти, и в числе их изделий видное место занимают полстяные ковры. В «большой» Чечне от такого рода изделий несколько отвлекает бурочное производство, тогда как на Кумыкской плоскости, где замечается и больший прилив продажной шерсти, (на Аксаевских ярмарках), бурки не делаются, и шерсть исключительно перерабатывается на войлочные ковры и сукна. Так как шерсть, употребляемая в предгорных районах, лучше (от горской овцы), самая подготовка шерсти тщательнее и, кроме того, принято изделия окрашивать, то здесь и посвящается промыслу больше труда и времени, нежели в полстовальном степном районе; но и продукты производства здесь добротнее и ценятся дороже. Так: на полстяный ковер, в 2½ аршина длины и 1½ аршина ширины идет здесь около 8 фунтов шерсти, на 1 руб. 20 коп. Перемыть и начесать ее женщина в день может на 2-3 таких ковра. Для уваливания нужно ⅔ рабочих дня, напрясть бахромы на ковер можно в один день; на окраску и окончательную отделку бахромой тоже один день, стоимость красильного материала 50 коп. Цена в продаже намазлыка, окрашенного дешевыми красками 3 руб. 50 коп., а дорогими 4 руб. и 4 руб. 50 коп. Следовательно, 3-4 рабочих дня женщины, нужных на изготовление одного подобного ковра, оплачиваются 3 руб. 50 коп., за вычетом шерсти и материала на окраску (1 руб. 20 коп.+50), = 1 руб. 80 к. ей остается за работу от 45 до 60 коп. за один день.
Из войлочных изделий особого внимания заслуживают ковры разноцветные сшивные — арлекины, употребление которых довольно распространено. Каждая невеста, например, должна сделать для себя в приданое 2-3 арлекина и от 10 до 20 намазлыков. Для составления подобного арлекина требуются от 7 до 10 рабочих дней, не считая труда — уваливания. Продажная цена их от 9-12 руб.
Средняя семья, состоя из трех женщин и двух девочек меньше 10 лет, в год изготовляет около 60 простых крашеных войлочных полстей и 12 потников к седлу. В то же время они ткут сукно. Полсти продаются по 3 руб. 50 коп. и на них затрачивается до 4 дней на каждую, а потники по 90 к. за штуку и каждый требует немного более 1 дня, так что в год на все количество будут затрачены 252 дня. О количестве необходимой шерсти на ковер — сказано раньше; что же касается до потников, то на каждый нужно 2 фунта шерсти.
В отношении Дагестано-Шуринского района положительных цифровых данных нет. Известно лишь, что, по недостатку земли вообще и пахотной в особенности, — большая часть населения его живет исключительно обрабатывающей промышленностью, в которой изделия из шерсти занимают первое место, и что — по бедности хозяйственного инвентаря, — женщины, исключая лета, не отрываясь, сидят за работой: за ткацкими станками, за коврами, за бурками и полстями. Известно также, что там подобные промыслы настолько специализировались, что целые округа носят свой особый характер: одни садоводы, другие бурочники, третьи полстовалы и т. д. Во всяком случае, экономическая сторона производства здесь поставлена не хуже, нежели в Кумыкско-Чеченском районе, тем более, что предметы полстяно-ковровых промыслов готовятся и там и здесь совершенно однородного сорта. Говорят даже, что в этом деле Дагестан послужит примером для кумык и чеченцев, научив их более утонченным приемам валяния и окраски.
Насколько Кабардинский район самостоятелен и силен в производстве бурок, настолько слаб в полстяно-ковровом, особенно в деле отделки и окраски их узорами. Лучшие свои полстяные ковры богатые кабардинцы получают из Кумыкского или Дагестанского района. Роль намазлыков у них преимущественно исполняют оленьи шкуры, а те полстяные ковры, какие имеются — носят один какой-нибудь однородный цвет из дешевых: черный или желтый. Производство ограничивается главным образом домашними потребностями, а на продажу занимаются не более 1 семьи на сто.
Для расчета годовой работы семьи здесь можно принять те же данные, какие приведены выше для Кумыкско-Чеченского района, так как здесь в ходу тот же размер и покрой изделий и они служат для того же назначения. Шерсть у кабардинцев идет, обыкновенно, своя, не покупная.
Степной район покровных полстей, как мы уже говорили, обязан главным образом своей производительностью русским полстовалам-шерстобитам и кочевникам, кочующим в степях Ставропольской губернии, Терской и Кубанской областей.
Степняков инородцев числится:

Допуская, что каждый отдельный двор или кибитка составляют 1 семью и что все эти степняки занимаются полстовальным промыслом в той же мере, как и семьи степняков-ногайцев и калмыков, живущих в Терской области, т. е. из 8 семей одна приготовляет по 8 полстей и по 5 намазлыков в год, — мы получим: 2160 дворов или семей, занимающихся этим делом, и в них около 4470 работниц. По нашему расчету они производят около 17,280 больших полстей и 10,800 намазлыков, на которые расходуется ежегодно до 28,080 пудов шерсти, на сумму до 144 т. рублей; валовая стоимость этих произведений достигает до 218 т. рублей.
Русских полстовалов, полагая на каждые 300 дворов, русских селений и станиц, по одному рабочему семейству будет:
В Ставропольской губернии — на 67,000 дворов около 220 семей.
В Кубанской области — на 99,000 дворов — 330.
В Терской области — на 30,000 дворов — 100.
Всего — на 169,000 дворов 650 семей полстовалов. Так как каждая из них средним числом уваливает в год по 35 малых полстей в ¼ пуда шерсти, то 650 семей полстовалов изготовят их 22,750 штук, на которые потребуется более 11 т. пудов шерсти; считая шерсть по 6 р. 50 к. за пуд, — стоимость этого материала исчисляется в 71,500 рублей.
При средней продажной цене полсти из валахской шерсти в 8 руб. штука, стоимость всего произведенного составит 182 т. руб. Таким образом, во всем степном районе производится: степняками-инородцами около 28,000 штук, на 144,000 руб., русскими полстовалами до 23,000 штук на 182,000 руб.
Размеры коврового войлочного производства горского населения могут быть приблизительно определены следующим образом: в Кумыкско-Чеченском районе, т. е. в Грозненском и Хасав-Юртовском округах им занимаются до ⅛ части населения; всех насчитывается там дворов до 30 т., в которых населения туземного:

Мужского Женского
В Грозненском чеченского 43820 43870
В Хасав-Юртовском кумыкского 24000 22600
67820 66470
134220

⅛ часть его составит 3750 дворов. Судя по тому количеству, которое вырабатывает одна семья выходит, что во всем этом районе производится около 3750×60=225 т. полстяных ковров и 45 т. «потников».
На них перерабатывается шерсти около 47 т. пуд., а стоимость всех произведений доходит до 800 т. рублей.
В Дагестанском районе, Темирхан-Шуринского округа, судя по числу жителей 68110, число дворов будет около 10,000; полагая в этом предгорном округе семью, состоящей из большего числа лиц, нежели в горном альпийском, т. е. из 6, 8 душ, мы получим до 1250 занимающихся, так что годовая производительность достигает до 75 т. ковров и 15 т. потников, 90 т. штук, на сумму до 275 т. рублей.
Не имея даже и приблизительных данных о том, в какой мере распространяется этот промысел на другие округа Дагестана, которые занимаются главным образом сукном и коврами, приходится ограничиться только одним округом Дагестанского района.
В Кабардинском районе, который распространяется на большую поверхность, промысел развит в меньшей пропорции: на 100 дворов приходится по 1-му занятому этими изделиями, так что производство распространяется на 235 дворов, разбросанных по Терской и Кубанской областям и эти дворы выделывают до 14,100 штук ковров и 2820 намазлыков, всего 17 т. штук на сумму до 52 т. рублей. Все приведенные приблизительные данные дают возможность составить следующую сводную таблицу.

Из таблицы этой можно сделать следующие заключения:
1) Полстяно-ковровые районы распространяются на обширную местность, обнимающую до ¾ всего Северного Кавказа с населением около 2 миллионов.
2) Средним числом занято этим производством около 1% населения, которым перерабатывается до 100 т. пудов шерсти, т. е. до 6 пудов на человека в год.
3) Производится товара ежегодно более чем на 1½ мил., причем, за вычетом материала, на каждого кустаря приходится до 60 рублей.
4) В районах горного населения полстяно-ковровыми изделиями занимается вдвое большее число семей и лиц, нежели в степном, тогда как общая численность населения в этих местах вчетверо менее.
5) Шерсти же обрабатывают они приблизительно в три раза более.
6) Средний заработок двора в полстяно-ковровом деле ниже всех у наших кочевников, выше у русских, но если принять во внимание, что у последних семья работающих больше числом, так как в работах принимают участие и мужская половина, то оказывается, что работница горского племени зарабатывает больше, нежели работник полстовал.
Оно и понятно, принимая в соображение, что местность предгорий и гор населена гуще степной, притом предметы производства не только употребительны в каждом доме, но каждая средняя семья туземных горцев должна иметь их десятками, в виде намазлыков, ковров, потников и т. п. В то же время русская семья удовлетворяется для хозяйства одной, двумя полстями на десяток лет.
Полстяный товар степного района употребляется, главным образом, русским населением и кочевниками, а потому для местного сбыта во Владикавказе, в Грозном, в Хасав-юрте и вообще в торговых пунктах предгорий Кавказа, сравнительно мало населенных русскими, этого товара появляется мало. Зато Ставрополь, Георгиевск, Моздок, Кизляр и Екатеринодар — имеют на него сбыт, и во время ярмарок весенних в этих пунктах, равно как и в некоторых крупных селах Ставропольской губернии и в станицах Терских и Закубанских, он появляется в значительном количестве. В Астрахань, Темрюк, Ейск и Армавир также являются кочевники со своим товаром и через эти пункты провозят на север, вероятно, немало полстей.
Кумыкско-Чеченский и Дагестанский районы, производя предметы туземных потребностей (исключая «потников», которые разбираются в одинаковой мере и казаками), сбывают их в местных предгорных центрах: Хасав-юрте, Грозном, Темирхан-Шуре; откуда они идут на юг в Закавказье, через гор. Владикавказ, Дербент, Нуху, и доходят до Тифлиса. На Севере они раскупаются лишь зажиточными кочевниками, для украшения «кибиток» внутри, проникая к ним через пограничные с предгорной полосой рынки: Кизляр, Аксай, станицу Наурскую, гор. Моздок и Георгиевск.
Кабардинский район, производя мало, сбывает свой товар в предгорных пунктах: Нальчике, Пятигорске, Майкопе, Баталпашинске и Екатеринодаре. На более крупных рынках, как например на Георгиевской ярмарке, во Владикавказе и даже в Пятигорске, этот товар уже начинает вытесняться кумыкско-чеченским.


Предыдущая страница | Читать далее

© Raretes 2016-2018