Close

Мебель для лежания

Если мы представим себе греческий дифр значительно продолженным, то получим обыкновенное греческое ложе. Иногда у него были крестообразно соединенные ножки, и в таком случае можно было его складывать и переносить; таким было, по всей вероятности, гомеровское ложе δέμνια (в Одиссее). Кровати с прямыми ножками были снабжены спинкой, большей частью только в головах, а иногда и в ногах и позади; в последнем случае они очень походили на наши диваны. — Делались такого рода кровати или софы из дерева, преимущественно из явора, или из самшитового дерева, впоследствии из бронзы; у некоторых из них отдельные части, особенно ножки, делались из более драгоценного материала, например, из слоновой кости или серебра, и были искусно и богато разукрашены.
Более простые кровати носили названия: ϭϰίμπονς, αϭϰάντης и ϰϱάββατος (отсюда происходит и русское название кровати); они были низки, например, ложе Сократа. Постель помещалась на тесьмах или на четырех свинченных досках или перекладинах (рис. 170). Самый простой вид постели представляла собой χαμεύνια, предназначавшаяся для рабов и бедняков, совсем низкая, состоявшая из одной подстилки и рогожи.

В древние времена стлались постели (по описанию Гомера) следующим образом: на доски кровати клали овчины, на них мягкие шерстяные покровы или нечто в роде одеял, а эти последние покрывались льняными простынями или шерстяными коврами; спящие прикрывались плащами. Бедные спали на одной овчине или подстилке, равно как и солдаты в лагере. Впоследствии, с развитием роскоши и изнеженности, клали на тесьмы матрац, набитый шерстью иди пухом с льняной или шерстяной наволокой, а на него простыню; прикрывались летом одеялами, а зимой овчинами и мехами.
Таким образом были устроены не только кровати, но и кушетки в общественных залах, на которых Греки, лежа на боку, проводили время в чтении, письме или размышлении (письменных столов не знали ни греки, ни римляне), а впоследствии, приблизительно с конца 6 века до Р. Хр., и обедали (между тем как в прежние времена за обедом сидели). Скамеечки, образующие ступеньки к кушетке, были сравнительно длиннее, чем у кресла. — На этих кушетках помещались, обыкновенно, два, редко три лица, которые опирались левым плечом на подушки, покрытые обыкновенно пестрой материей.
Римское ложе, lectus, было совершенно сходно с греческим, только во времена императоров отличалось большим изяществом; оно делалось из дерева и украшалось слоновой костью, черепахой, серебром и золотом (lectus eboratus, testudineus, inargentatus, inauratus), или же было совсем из бронзы, а в императорские времена нередко даже из серебра. Постель устраивалась в позднейшие времена следующим образом: на матрацы (torus), помещавшиеся на тесьмах (fasciae, institae), протянутых через станок ложа, клались изголовки (culcita, cervical); те и другие в позднейшие времена набивались обыкновенно шерстью, пухом и волосом; на них клались покрывала (vestes, stragulae, у богачей нередко пурпоровые и шелковые), и наконец подушка (pulvinus) и одеяло (opertorium). Такого же рода (только со спинкой в головах и с боковой доской) было ложе, на котором Римляне спали (lectus cubicularis, рис. 171), а также софа, на которой Римляне, не зная, подобно Грекам, письменных столов, отдыхали и занимались (1. lucubratorius, lecticula lucubratoria; рис. 172), и на которой мужчины возлежали во время обеда (l. tricliniaris, обеденная или столовая софа). Об этой последней мы подробнее поговорим ниже, Греческий ϭϰίμπονς получил у Римлян во времена императоров, наоборот, значение изящного ложа «scimpodium». Особый род низкого ложа составлял так называемый lectus punicanus. Ложе завешивалось тонкой сетчатой материей, которая защищала изнеженных людей от комаров и мух (culicare conopium, conopium).

Lectus tricliniaris была широкая, в головах возвышенная софа, предназначавшаяся, обыкновенно, для трех человек, которые, лежа на ней рядом друг возле друга, левой рукой опирались на отделяющие их низкие подушки, а правой брали кушанья. Рисунок 173 представляет нам такую софу для двух человек, великолепно убранную, с закрытым коврами (toralia) станком и притом наглядно объясняет тот обычай, по которому женщины за столом сидели на нижнем краю софы.

Обыкновенно ставились в столовой три таких софы (triclinium, отсюда и называлась столовая triclinium) по римскому обычаю для девяти пирующих. Их число должно было равняться числу муз.

Софы ставились таким образом, что они образовывали три стороны четырехугольника; четвертая сторона оставалась открытой для доступа к столу рабов, прислуживавших и приносивших кушанья (рис. 174). Места пирующих обозначены на рисунке стрелками, отделяющие пирующих низкие подушки штрихами, а спинки (plutei) на конце каждой софы толстыми линиями.

Средняя из этих соф называлась lectus medius, налево от этой (со стороны пирующих) находился lectus summus, а направо lectus imus; находящиеся на каждой софе три места назывались: locus summus (1), locus medius (2), locus imus (3). Lectus medius и summus назначались для гостей; из них lectus medius для самых почетных гостей, lectus imus для хозяина, его жены и сына, если они находились за столом, или для вольноотпущенников.
Самим почетным местом было locus medius (или inferior) in medio (lecto), потом locus imus in medio, носивший название consularis потому, что, если присутствовал консул, то он сидел на нем, с той целью, чтобы он, в случае надобности по службе, мог беспрепятственно оставить обед. Ближайшее к этому место — locus summus in imo — принадлежало хозяину. Образцом пира с подобным описанному нами расположением пирующих может нам послужить известный пир, описанный Горацием, данный в честь Мецената Насидиеном Руфом.
Уже во времена республики устраивались в одной столовой по три триклиния и даже больше того. Когда вошли в употребление круглые столы, то и софы ставились в полукруг наподобие греческой буквы С (=Σ), или делались полукруглой формы, вследствие чего и назывались «sigma» или «stibadia», хотя, как кажется, предназначались для меньшего числа лиц, например, для шести или семи (потому-то и назывались hexaclinon, heptaclinon). Почетные места здесь были на концах (cornua), главным образом на левом.
Чаще всего встречаются (но крайней мере в Помпеях) в спальнях и столовых каменные кушетки, на которые оставалось только положить подушки и ковры.


Предыдущая страница | Читать далее

© Raretes 2016-2019